Послушать лепестки, их шёпоту внимая,
Дышать взахлёб и ароматом упиваться,
И жить, конечности своей не принимая.
Вершины елей, как зубцы кремлёвских башен,
Венчает звёздами рубиновый заход.
Край облаков вдали багрянцами окрашен
И вечер к ночи возвещает переход.
Последний луч, блеснув в макушке стебля,
Исчезнет, чтобы к завтраку вернуться.
И ветерок с прохлады, локон, твой, колебля,
К вискам захочет на прощанье прикоснуться.
Затихнет луг. Поля останутся пустыми,
Блеснёт полоска утекающей реки.
Над ними церковь пятиглавами святыми,
Парит над сумерками, теням вопреки.
Споют вечернюю молитвенные травы,
В поклон, склонившиеся к матушке-земле.
И диск луны ночной из бронзовой оправы
Иконой явится, божественной, во мгле.
Извечны кажутся дремучие дубравы,
Им не приходится о времени жалеть.
Ах, как же в молодости были мы не правы,
Когда хотели слишком быстро повзрослеть.
Прекрасен миг с его родившимся восходом,
С венцом полуденной безбрежной синевы.
Но несравним он с тем торжественным уходом,
Когда слетает свет с блистания листвы.
Текуча жизнь, нутро течения меняет-
То гладь, то водопад или порогов перекат.
Она спешит, от смерти убегая, та догоняет.
Ещё есть время впереди, но близится закат.
